6 Сентябрь 2018

Российская промышленность, уже привыкшая к санкциям, в этом году столкнулась с очередным витком ограничений и ослаблением курса рубля. Как отечественные производители преодолевают новые трудности и какая помощь государства им нужна, с каким странами мы переходим на расчеты в национальных валютах, какова ситуация на заводах «Русала» и какие программы поддержки спроса на отечественные автомобили будут продолжены в следующем году, в интервью РИА Новости рассказал министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров.

— Не можем не спросить об идее помощника президента Андрея Белоусова по инвестированию сверхдоходов металлургов и нефтехимиков. Какие вы видите пути, чтобы стимулировать промышленные предприятия и компании наращивать инвестиции, вкладываться в проекты?

— Я думаю, что главной мотивацией всегда является спрос. Невозможно заставить копать рудник или строить цех по производству какой-то продукции, если на нее нет спроса. Но важно при этом совмещать интерес, мотивацию компании, ее возможности с условиями, при которых продукция будет реализовываться на внутреннем или внешнем рынке, потому что это главный стимул для того, чтобы компании вкладывали свои средства.

Помимо производства первичного алюминия или традиционной номенклатуры в черной металлургии, важно двигаться в более глубокий передел. Поэтому мы системно работаем с компаниями — это и «Русал», и ММК, и «Мечел», и НЛМК, и «Северсталь» — на предмет того, чтобы они больше ориентировались на продукцию с высокой добавленной стоимостью, чтобы где-то уходить от импорта, а где-то завоевывать внешние рынки за счет в том числе поддержки через инструменты, которые у нас заложены сейчас в национальном проекте по развитию международной кооперации, развитию экспорта.

Поэтому здесь всегда должна быть дорога с двусторонним движением. То есть ждать всегда от бизнеса реализации проекта просто, на мой взгляд, несправедливо, неправильно. Нужно работать совместно и мотивировать. То есть ты, создав новое производство, будешь иметь возможность за счет дополнительных мер стимулирования, поддержки грузить свою продукцию на экспорт, при этом сохраняя все те требования, которые заложены в рамках ВТО. Мы должны постоянно вести такую работу с бизнесом, которая в итоге будет выгодна нашей экономике.

— Во время нашего предыдущего интервью вы говорили о том, что держите под контролем ситуацию с «Русалом», что она у вас не вызывает опасения. Теперь, к сожалению, «Русал» заявил о том, что начинает консервировать производство на Надвоицком заводе, ходят слухи о консервации производства и на других предприятиях. Как сейчас вы оцениваете ситуацию в компании, есть ли сейчас какие-то тревожные нотки?

— Мы продолжаем постоянный диалог с компанией и не снижаем своего мониторинга в этой части. Что касается Надвоицкого завода, это давно обсуждавшийся вопрос, он давно назрел, потому что в каких-то регионах, моногородах сохранение производства «Русала» было просто экономически нецелесообразно, кроме того, продукция НАЗа была ориентирована на американский рынок. Что касается закрытия и консервации других производств, мне такое неизвестно. Слухи или обсуждения, наверное, имеют место быть, но на официальном уровне у нас таких обсуждений не происходило. Пока.

— Будем надеяться, что не произойдет.

— Будем надеяться. Скажу даже больше — на днях я был на одном из предприятий «Русала» в Хакасии и ознакомился с преимуществами и технологическими особенностями сверхмощного электролизера РА-550, на который в 2015 году ФРП одобрил заем в размере 500 миллионов рублей. Считаю, что новейшие разработки предприятий «Русала» должны тиражироваться на других металлургических заводах.

— Вопрос о закупках алюминия в госрезерв не поднимается?

— Он обсуждался, но на сегодняшний день у нас нет критической ситуации. Такая возможность у государства всегда сохраняется. Но сейчас такая потребность просто отсутствует.

— Есть ли движение по проекту алюминиевого ОПЕК?

— Мы со странами-производителями первичного алюминия и переработчиками находимся в постоянном диалоге. У нас есть рабочие группы отдельно с Индией, с Саудовской Аравией, с Арабскими Эмиратами, с Катаром, с Бахрейном, с Китаем. Пока общего объединения не произошло.